Козловский
Станислав Юлианович

(1899-1937)

Начальник сменно-планового бюро завода "Пластмасс" в г. Ленинграде; Расстрелян в 1937 году, жена как «член семьи врага народа» приговорена к 8 годам заключения, срок заключения отбывала в Томском лагере для ЧСИР и в лагере на Яе Томской железной дороги

Родился в 1899 в Санкт-Петербурге в семье поляка, уроженца Виленской губернии, служившего в Санкт-Петербурге в Егерском полку. Окончил с отличием гимназию при Базилике Св. Екатерины Александрийской на Невском проспекте, 32, которую в семье называли "польской", затем - Институт инженеров путей сообщения. Беспартийный. На 1937 занимал должность начальника сменно-планового бюро завода"Пластмасс". В 1935 женился на Вере Васильевне Григорьевой, в августе 1937 у них родился сын Генрих. Семья жила в комнате в коммунальной квартире в доме 1/3 по Малому проспекту Петроградской стороны. Был арестован в Ленинграде 16 сентября 1937, а 23 сентября Комиссией НКВД и Прокуратуры СССР приговорен к высшей мере наказания, 28 сентября 1937 расстрелян. Захоронен, предположительно, на Левашовской пустоши. Реабилитирован определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР от 16.09.1957.

Из интервью с сыном Генрихом Станиславовичем Козловским:

«Из материалов дела я знаю, что их арестовали и убили в один день – восемь человек из одного класса гимназии. Они так и продолжали дружить. Вот их 8 человек, и кто-то еще девятый. Якобы там была при польском консульстве организация “Кола” или “Круг”. Вот им приписывается, что они там участвовали. Не знаю, как все остальные 8, но отца реабилитировали"…

Репрессии коснулись практически всех членов семьи Козловских. В декабре 1937 года мать Станислава Козловского, Козловская Софья Клеофасовна, была приговорена Особой Тройкой УНКВД к лишению свободы сроком на 10 лет, срок вскоре заменили на 5 лет ссылки в Караганде. Жена Станислава, Григорьева- Козловская Вера Васильевна в ноябре 1937-го была приговорена к 5 годам заключения в лагере и в июле 1938 вместе с одиннадцатимесячным сыном Генрихом этапирована в Сибирь, находилась в Томском лагере для ЧСИР, а с сентября 1939 (уже без сына, которого забрала к себе в Ленинград сестра мужа, Козловская Альбина Юлиановна) в лагере на станции Яя Томской железной дороги. По признанию самого Генриха Станиславовича, «тетя Аля» стала для него второй матерью.

В декабре 1956 семья Станислава Юлиановича получила ложное свидетельство о его смерти в лагере 20 сентября 1942 от крупозной пневмонии. Документ с указанием подлинной причины смерти – расстрела – семья Козловских получила лишь в 1990-х.

Его сын Генрих родился в августе 1937 года. Он не помнит обстоятельств ареста отца. Зато много позже видел три протокола допроса своего отца. В первом тот отрицал свою вину. Второй допрос, судя по записям, был самым обстоятельным. И все равно Станислав (отец Генриха) по многим пунктам своей вины не признавал. Из третьего протокола следует, что Станислав Козловский признает себя виновным по всем пунктам.

«Отец, Козловский Станислав Юлианович, родился в 1899 году. Он поляк, а мама у меня русская. Я мало что могу сказать о том, как я появился. Молодость такая самоуверенная вещь. Кажется, что все успеешь спросить, а теперь вот не у кого. Я только из документов допроса знаю, что отец работал начальником сметно-финансового отдела завода «Пластмасс». В то время место считалось довольно секретным.

Из протокола допроса я знаю, что папу арестовали и убили в один день. Его и еще восьмерых человек из его класса. Помню, что в протоколе было написано, что он вступил в Польскую националистическую группировку в 1936 году. И что признался в своих антироссийских взглядах: якобы они были и при царской власти, а при советской остались и подавно. Как выяснилось, не зря. Матушку, как члена семьи, жену поляка, несмотря на то, что она была русская, отправили за 101-й километр. Ее осудили на пять лет по обвинению в измене Родине и увезли в лагерь вместе со мной. Мама рассказывала про 90-сантиметровые нары и про то, как пеленки сушила на себе. Я ничего об этом времени не помню.

Да, я рассказываю про себя, про маму - это тяжелая судьба, но она не идет ни в какое сравнение с тем, что пришлось пережить моему отцу. До 56-го года мы думали, что папа получил 10 лет без права переписки. А на самом деле - допросы и расстрел.

И все это советское я вижу через дырку в черепе своего отца...»

25 июля 2015 на доме 1/3 на Малом проспекте Петроградской стороны в Петербурге установлена табличка памяти Станислава Юлиановича Козловского. Этот дом стал для него последним адресом до ареста 16 сентября 1937 года. Табличка установлена по инициативе его сына, Г.С. Козловского.

Источн.: Архив Государственного музея истории ГУЛАГа (Москва); БД "Жертвы политического террора в СССР"; Ленинградский мартиролог: 1937-1938; Центр "Возвращенные имена"; Проект «Последний адрес».

Х.В.

У вас есть информация о данном человеке?

Пришлите нам ваши материалы в любом цифровом формате
(ограничение на размер файла 10Мб, не более 10 файлов)